Холмску – 155 лет

«Как свидетельствуют архивные документы, история основания Холмска — увлекательная и очень важная страница в истории Сахалина, страница, которая до настоящего времени остается почти неизвестной. Ранняя история Холмска, тесно связанная с именами известных людей, таких как Невельской, Рудановский, Буссе, Шмидт, Депрерадович, Мицулъ и других, имеет ряд общих черт с историей старейших населенных пунктов Сахалина и Приамурья. Географическое положение Сахалина, протянувшегося более чем на 900 километров в меридиальном направлении, а также ряд исторических причин способствовали тому, что в XVII-XIX веках русские исследования на острове имели одну существенную особенность. Это касалось, в основном, северной его части, прилегающей к лиману Амура, восточного побережья и, частично, залива Анива. Первым русским судном, прошедшим водами Татарского пролива по следам француза Лаперуза и англичанина Броутона, явилась винтовая шхуна «Восток» из состава эскадры адмирала Путятина.

Это плавание справедливо называют историческим. Впервые морское судно прошло проливом, разделяющим Сахалин и материк, по южному фарватеру достигло реки Амур, доказав практическое значение для мореплавания открытия Геннадия Ивановича Невельского. Пройдут многие годы, но историки и географы вновь будут обращаться к событиям 1853 года, связанным с плаванием небольшой шхуны. Ее вахтенные журналы — это своеобразная хроника подвигов и открытий, которая содержит эпизоды, имеющие прямое отношение к истории Холмска.

В различных источниках XIX века, это бывшее айнское поселение именуют по-разному: Маука, Энтругомо, Тунай. Все эти названия айнского происхождения. Некоторые современные исследователи переводят «Маука» как «ветряное место». Однако, по айнско-русскому словарю Добротворского, изданному в 1875 году, «May» означает «шиповник», а «ка» — «холм», «вершину». Следовательно, более точное объяснение названия «Маука»- «холмы, поросшие шиповником».
Со временем слово «Маука» трансформировалось в «Маока». К слову сказать, есть в этом названии какая-то тайна. Дело в том, что слово «Маока» обнаруживает связь с далекой Океанией, которую некоторые археологи и этнографы склонны считать прародиной этой загадочной народности, отологическому типу и многим элементам материальной культуры. На западе острова Новая Гвинея есть горы Маоке (снежные горы), представляющие собой систему горных хребтов.
«К сожалению, до последнего времени история возникновения Холмска, как и ряда других городов Сахалинской области, оставалась вне поля зрения историков и краеведов. Интересным и важным для истории города Холмска представляется вопрос о точном местонахождении поста. Это где-то в районе школы №1. Не исключено, что пост находился на месте нынешнего стадиона, построенного китайскими умельцами в 1991 году». Но как бы там ни было, а Холмск продолжал развиваться, обзаводиться школами, фабриками, заводами, портами, современным жильем. Народилась новая формация людей, преданных своему городу, терпеливо несущих свой крест дальневосточников. В 1949 году начал работать судоремонтный завод. Из Николаевска-на-Амуре в Холмск переведено мореходное училище, в котором я имел честь проучиться пять лет

Мой город дал миру много прекрасных, одаренных людей. Это и писатели, журналисты, композиторы. Это сценаристы, режиссеры, спортсмены. Курсант мореходного училища Анатолий Козлов в 1977 году в Штутгарте завоевал звание чемпиона мира и Европы по тяжелой атлетике. Мой город воспели в своих стихах Иван Белоусов, Юрий Николаев, Евгений Лебков, Михаил Щмидт, Леон Кондрачук, Виктор Ксенофонтов, Полина Карауш, Алиса Дужникова. Многие годы Николай Афанасьев редактировал газету Сахалинского морского пароходства — «Сахалинский моряк», в которой мы всегда дружно печатались.

Конечно, мне, как писателю, очень дороги те, кто в своём творчестве воспевал наш милый город, помогал обрести душевное равновесие в трудные минуты. А минут этих было много, ох как много! Моя память бережно хранит дорогие мне имена наших писателей и поэтов, к большому сожалению уже ушедших в Вечность: Виктор Ксенофонтов, Алиса Дужникова, Полина Карауш, Анатолий Мирный, Юрий Кочетов, Василий Старков, Анатолий Гарин, Анатолий Астанин, а также много других, с которыми мне лично не привелось приятельствовать, но с их произведениями я был знаком. Были и те, кто в Холмске прожил не так много, но оказал существенное влияние на формирование мировоззрения начинающих литераторов. Это и Юрий Николаев, и Михаил Финнов, и Олег Кузнецов, и Иван Белоусов и, конечно же милейшей души человек Лебков Евгений Дмитриевич – русский поэт, писатель, заслуженный лесовод РСФСР, один из создателей Сахалинской писательской организации, директор Холмского лесхоза. Евгений Лебков десять лет руководил Холмским литобъединением при городской газете «Коммунист», в котором состоял и я.

Не по своей воле покинул Холмск Евгений Дмитриевич, уехал в Приморский край, в поселок Углекаменск, где и продолжил своё подвижничество. До самой своей смерти (Лебков умер 15 января 2005 года) он руководил литературным объединением города Партизанска. Стал его почетным гражданином. Благодарные горожане увековечили память Лебкова мемориальной доской на доме, в котором он жил и умер. Ежегодно в день рождения Евгения Дмитриевича 2 августа в Партизанске проводятся лебковсвкие чтения, на которые со всего Приморья (и не только) приезжают поэты и писатели, считающие Лебкова своим Учителем, духовным наставником.

В Долинске, в котором Евгений Дмитриевич прожил десять лет, его память увековечена в названии городской библиотеки. Там создан уголок писателя, размещена наглядная агитация, собраны его книги, фотографии, переписка с известными людьми. В связи с этим у меня есть вопрос: а почему Холмск демонстрирует подозрительную скромность, граничащую с необъяснимым пренебрежением к этому замечательному человеку? В отношении Евгения Дмитриевича Лебкова я неоднократно обращался к депутатам разного уровня поспособствовать увековечиванию памяти замечательно гражданина Холмска.   Прошло время, результат нулевой. Так и не судилось холмчанам узнать, что в их городе проживал такой замечательный человек. Стыд и позор!..

Вот с такими скачками-откатами в прошлое я иногда неторопливо прогуливаюсь небольшими улицами любимого города, все еще тепля надежду, что встречу кого-то из того невозвратного далека, утешу сегодняшнюю ненасытную ностальгию по тому времени, в котором не было ни забот, ни хлопот, и не только в силу детского возраста, а просто потому, что рядом была мама, друзья, родственники, соседи – именно те самые люди, в окружении которых ты был самым неуязвимым для того сурового времени. Но нет, не встречается никто из тех, кто помнится, любится и желается. Однако, в конце июля сего года удача улыбнулась мне. Подхожу к Приморскому бульвару, а навстречу мне с широкой обаятельной улыбкой не идёт, а движется гордо и вальяжно, как старинная каравелла, Николай Петрович Долгих – легендарная личность сахалинских 90-х годов прошлого столетия. Но для меня он просто Николай – старший брат моего товарища из юности — Анатолия.

У меня на глазах навертываются слёзы, по спине бегут мурашки, улыбка аж за ушами. Дело в том, что Николай давно уже живёт в Южно-Сахалинске, повстречать его в Холмске – редчайшая удача. И все-таки, вот он — один из осколочков далёкого, но не забытого прошлого. (Мы с Николаем даже учились в одной школе № 2. Правда, он уже заканчивал восьмой класс, а я только перевелся в четвертый класс из школы № 6). Обнимаемся, расспрашиваем друг друга о том, о сём и чувствуем оба, что простыми формальностями нам не обойтись. Николай предлагает прогуляться по бульвару, я соглашаюсь.

Прогуливаясь по Приморскому бульвару, замечаю едва уловимую некомфортность вокруг нас с Николаем. Какое-то запустение. И не только физическое, но и внутреннее – духовное. А все потому, что бульвар этот, построенный в бытность Николая Петровича на посту мэра Холмска, на средства самих горожан, сегодня не является центральным местом отдыха. И виной этому именно внешнее запустение. Плитка местами не только выщерблена, но и вовсе выбита, редкие «профильные» памятники не приведены в порядок, так грязные и стоят. Детские площадки не работают. Завезенный стройматериал высится бесформенной горой, забытой на неопределенный срок. Даже памятник воинам-освободителям, кажется сам себя стыдится, поскольку на памятной доске некоторые буквы не только выцвели, но и вовсе исчезли. И это всё в преддверии 155-й годовщины со дня основания Холмска! Николай, видя моё недоумение, лишь разводит руками.

-Да, говорит он, — я тебя понимаю. А я ведь помню, как горожане собирали средства на облагораживание этой бывшей производственной территории, сами участвовали в работе по уборке мусора, в покраске скамеек, установке бордюр, тротуарной плитки и так далее. Каждому находилась работа и старому, и малому. Так, сетуя на нынешнюю обстановку, обходим бывший «Манжерок» и присаживаемся на облупленную скамью, делимся сегодняшними впечатлениями, немного углубляемся в прошлое, наше прошлое, в котором мы чувствовали себя как рыба в воде, каждый на своём месте. И хотя «место» у Николая было довольно хлопотное и, в какой-то мере, небезопасное, он рассказывает о нём воодушевлённо, с затаённой ноткой ностальгии.

— Коля, спрашиваю его, — а как ты согласился стать председателем Холмского горисполкома? Тебе-то зачем было это нужно? Надоела спокойная жизнь?

— Да я и не думал становиться председателем. Просто на весеннем пленуме Холмского горкома КПСС 1990 года выступил с критикой той ситуации, что сложилась в Холмске. Озвучил несколько предложений об исправлении ситуации. Вот и всё. Но через некоторое время первый секретарь Холмского горкома сказал мне, что партия хочет видеть меня на этом посту. Отказать я не мог, поскольку понимал, что инициатива всегда наказуема. Вот мне и «приказали» в порядке партийной дисциплины навести порядок самому. Для меня это был настоящий экзамен. Проблем оказалось море разливанное, а путей решений их не было. Пришлось буквально на ходу изобретать всякие экономические ноу-хау, изыскивать деньги для предприятий, у которых не было оборотных средств для развития мощностей; под угрозой увольнения оказалось очень много холмчан. Но город не может существовать без промышленности, а дотаций не предвиделось. Чтобы избежать оттока жителей, пришлось изыскивать средства на оплату текущих задолженностей и задолженностей за прошедшее время. А долги были немалые. Немного спасал пресловутый бартер, но нужны были «живые» деньги. И деньги большие. Я пережил много проверок, но ни одна из них не могла выявить мой личный интерес в освоении бюджетных средств. Ни один рубль не пропал из городской казны.  В мае 1994 года я стал вице-губернатором Сахалинской области, а в марте 1997 года жители Холмска и районов снова избрали меня мэром нашего города. А дальше ты знаешь.

— Знаю, Коля, знаю, — киваю я ему, остальное происходило, можно сказать, на моих глазах. Я никогда не забуду, как в 2021 году ты снова баллотировался на пост мэра Холмска, а тебе депутаты, пряча от стыда глаза, заявили, что у тебя нет опыта управления, и избрали мэром бывшего полицейского, залетевшего по нелепой случайности в наши края из другого района. Вот и плоды его профессиональной бездеятельности, – показываю рукой вокруг нас. Горожане уже криком кричат, чтобы отремонтировали хотя бы Приморский бульвар. Это место пользуется особой популярностью у жителей — здесь каждый день на прогулку собираются семьи с детьми, школьники, пенсионеры, гости нашего города и видят неприглядную картину запущенности, которая царит в этом излюбленном холмчанами месте. Уложенная тротуарная плитка местами разбита и поросла сорной травой, что значительно портит её внешний вид. Требуют ремонта небрежно выкрашенные старые неказистые лавочки. Кругом нестриженные кустарники шиповника. Газоны покрыты скошенной сухой травой. От прежней интересной детской площадки с множеством предметов осталась одна маленькая горочка. Беседка влюблённых покрыта коррозией и ржавчиной. От покраски не осталось и следа.  Арт — объект „Ротонда дружбы » тоже покрыт ржавчиной.

Ведущим элементом является памятник основателям и освободителям г. Холмска в виде корабля, заходящего в порт. В 2000 году его установили в день празднования 130-й годовщины основания города. На территории самого мемориала и около него уже традиционная для последнего времени картина. Сдвинуты друг к другу скамейки. Брусчатка с его правой и левой стороны провалилась и разбита.  Мемориальная табличка полностью нечитабельная. И отсюда результат. Памятник детьми используется вместо горки.  На лицевой стороне памятника имеется надпись: „Солдатам Отечества Российского от благодарных жителей Холмска». Этот памятник был установлен в честь тех людей, благодаря подвигу которых мы все здесь живём. Элементарный порядок в этом дорогом для холмчан месте должен быть наведен незамедлительно. Николай снова разводит руками, покачивает мудрой головой, как бы подтверждая невозможность что-либо исправить, поскольку нынешний мэр не подчиняется жителям. Он теперь отчитывается перед депутатами, а это совсем другие отношения…

Николай прощается, спешит по своим делам. Их у него как всегда много. И я его понимаю. Он уходит, а я остаюсь, чтобы собраться с мыслями, которые, подобно морским волнам, мелкой рябью убегают за горизонт моей памяти. Милый мой Холмск! Как тебе помочь? Как избавиться от варягов – этих пришлых людей, не понимающих душевных подвижек истинных холмчан, искренне удивляющихся внезапно изменившемуся миру, в котором они чувствуют себя некомфортно, если не сказать погрубее? Как поступить, чтобы в твои улицы снова спустилась небесная благодать? Вопросов много, ответов нет. Но одно я знаю точно: вот сейчас вернусь домой и сохраню в дневнике сегодняшнюю встречу с человеком, который наверняка мог бы многое сделать для родного города. Всё у него есть для этого, кроме одного – желания, выжженного коллективным глупейшим заявлением холмских депутатов, навсегда обрекших себя на откровенное осмеяние!

С днем рождения, Холмск, самый лучший город Земли!

член МО РТСРК Сергей Лабутин,

собственный корреспондент газеты «Московский вестник культуры»

в Сахалинской области.